Перо медленно скрипело по бумаге, выводя буквенную вязь. Нолофинвэ споткнулся в очередной раз, попытался найти синоним, но все, что приходило в голову, было совсем нехорошо. Он ткнул пером в бумагу, в задумчивости не замечая, как пробивает ее насквозь, потом сунул в зубы конец пера, прикусил.
Теперь это все никуда не годилось, нужно было заново.

Линтаура несколько удивило приглашение, переданное от Нолофинвэ. Он как-то не ожидал, что после их недавнего разговора его захотят так скоро видеть. Отложил травы, которые перебирал от нечего делать в свободное время и пошел сразу.
У шатра остановился, дернув немного полог, спросил:
- Нолофинвэ, звал?

Нолмэ поднял голову, потом скомкал испорченный лист и сдвинул его в сторону.
- Да. Мне нужна помощь... Заходи.

Лайквендо немного удивился, но ждать себя не заставил. Прошел, сел за стол напротив нолдо.
- Чем могу помочь?

- Я пишу письмо, видишь... - Нолофинвэ показал на пустой пока чистый лист. - На вашем языке... и это не так уж легко, мне не хватает слов, да и не только. Вот посмотри...
Он разглядил смятый листок, показал Линтауру.

Линтаур взял листок, чьи изломы отражали всю трудность синдарина, быстро пробежался глазами.
- Почерк тоже стоит потренировать, - широко улыбнулся, показывая, что сказано в шутку. - Ваш язык тоже непрост.
Глянул на нолдо, кивнул:
- Чем могу, помогу.

- С почерком вроде бы, все в порядке, - нахмурился Нолофинвэ. - Даже мои ежедневные упражнения с топором и мечом не настолько отразились на способности к тонкой работе...

- Я пошутил, - замахал руками лайквендо. - Извини.

- Я пытаюсь пригласить наших соседей на завтрашний праздник, - Нолофинвэ снова сунул перо в зубы и речь стала слегка невнятной. - Но мне не хватает слов... и я не уверен, как именно стоит писать.

Еще не так давно Линатур бы задал наивный вопрос: "А почему просто не пойти и не позвать?" Но это сработало бы в Митриме. А у нолдор же было даже сложнее чем в Дориате.
- Я думаю, - он постарался говорить только то, что говорил, - можно не писать ничего сложного. Здесь, у Митрима, никогда не было особых церемоний.

- Ну, для начала, мне нужно знать, как будет "свадьба", "праздник", "угощение"... -  сказал Нолофинвэ, произнеся нужные ему слова на квенья. Потом невесело улыбнулся: - Редко здесь это говорится, вот я и не знаю.

- Да, - кивнул Линатур, - про угощение я узнал давно, а вот "свадьба" узнал только вот.
Он четко произнес все три слова на квенья, а потом звучно и чисто повторил их на синдарине.

Нолофинвэ кивнул, повторил негромко, потом вздохнул.
- Послушай, как получается... я скажу на квенья, потом буду переводить. Доброго и светлого дня нашим друзьям и соседям. Государь Нолофинвэ... говорить будет посыльный, поэтому так... государь Нолофинвэ... нет Финголфин, раз уж я решил... рад пригласить всех, кто пожелает на праздник, завтра после полудня. Это будет первая свадьба среди нашего народа в этих землях и мы хотим разделить эту радость...
Он споткнулся на полуслове, снова прикусил перо.

Линтаур слушал внимательно, не перебивая.

- Дальше нужно как-то вежливо сказать, что угостить постараемся всех, но у нас не слишком много еды. И чтобы они взяли музыкальные инструменты, если смогут... но как это написать, я пока не могу придумать.

Линтаур задумчиво провел пальцами по дереву стола. Вежливо надо сказать, это точно.
- Если честно, то в округе знают, что у вас не слишком много еды, - он сказал может и не сильно вежливо, но правду. - А про инструменты..., - можно было бы так и сказать, но вряд ли тут такой вариант подойдет. - Скажи, что вы будете рады услышать новую для вас музыку и послушать песни этих земель. Понятно же, что каждый, кто захочет сыграть, принесёт свой инструмент.

- Хорошо, - кивнул Нолофинвэ, записал несколько слов, бегло, на квенья, потом достал чистый лист.
- А теперь помоги мне это перевести... Я начну, а ты поправляй, если что.

Лайквендо кивнул.
- Только учти, я тоже еще не совсем освоил ваш язык, - улыбнулся. - Но я очень постараюсь.

Нолофинвэ кивнул и начал, глядя черновик, переводить это на синдарин - пока только вслух, не записывая. Иногда он ошибался в ударениях, иногда застревал на каком-нибудь слове, но в общем справлялся сам.

Линтаур сидел напротив, подперев подбородок ладонями, слушал внимательно, не перебивая без дела, когда же Нолофинвэ поднимал взгляд на него, явно нуждаясь в помощи, старался подобрать слова получше, иногда приходилось переспрашивать а что точно имел в виду нолдо.
- Любите вы искусство не только в металле, но и в словах, - тихо рассмеялся он под конец.

- Почему ты так решил? - Нолофинвэ, удовлетворенный переводом, начал записывать все начисто - для посланника, который это прочитает.

- Потому что только что видел это, - улыбнулся лайквендо.

- Это не искусство, - Нолофинвэ пожал плечами. - Это просто важно. Мне нужно обойтись очень малым количеством слов, чтобы гонец мой не устал это зачитывать, а наши соседи - слушать. Но каждое слово может обернуться... не тем, чем оно мне кажется. Просто потому, что я пока недостаточно чувствую и понимаю.

Линтаур кивнул, он вполне понимал слова и желание Нолофинвэ.
- Могу я тебя попросить в ответ?

- Да?

- Скажи мне все это еще раз на квенья. Так, как это должно было бы быть сказано, полностью.

Нолофинвэ удивленно посмотрел на него, потом пожал плечами. На квенья он произнес все бегло, и, разумеется, не спотыкался на сложных словах. И имя в конце прозвучало иное - Нолофинвэ Аракано Инголдо-финвэ.

Линтаур вслушивался, чутко, чуть ли не зажмурившись, слушая голос, звучание.
- Красиво, - улыбнулся он.

- На синдарине у меня получалось не так красиво? - хмыкнул Нолофинвэ, сворачивая бумагу.

Линтаур удивленно на него глянул.
- Мне просто нравится ваш язык.

-  Ясно. Ну или я недостаточно бегло и красиво говорю на вашем, - вздохнул Нолофинвэ. - У меня есть еще целый день, чтобы потренироваться.

- А тебе синдарин кажется красивым? - хитро прищурился лайквендо.

- Сложно сказать, - задумчиво произнес Нолмэ. - Да... и более подходящим для этих мест. Но в моем сердце навсегда тот язык, на котором я первый раз позвал мать и отца.

- Я знаю теперь не один язык, - понимающе кивнул лайквендо. - Но один я не забуду никогда, даже если его забудут все.

- Я надеюсь... нас достаточно останется в живых, чтобы не потерять язык.
Нолофинвэ поднялся, затолкал свернутый лист в тубус с толстой кожи.
- Спасибо за помощь. Теперь я отправлю гонца... надеюсь, мы ничего не напутали оба.

Линтаур тоже поднялся.
- Вряд ли мы напутали так сильно, чтобы нас не так поняли, - рассмеялся. - Все рады будут приглашению, поверь.